Ученик первого олимпийского чемпиона России в мужском одиночном катании продолжает держаться рядом с элитой, сражаясь наравне с японской школой, которая сейчас буквально штампует лидеров. После короткой программы на Чемпионате четырех континентов‑2026 Михаил Шайдоров идет четвертым и остается в реальной борьбе за медаль — при удачном прокате произвольной он вполне способен перевернуть турнирную таблицу.
Финальный день программы в Пекине у мужчин-одиночников стал ключевым этапом подводки к Олимпиаде: до Игр остались недели, и многие топ‑фигуристы предпочли спрятать свои программы от лишнего внимания, отдав приоритет тренировочному режиму. В итоге на льду не было абсолютной вершины мирового рейтинга, но состав все равно оказался насыщенным – с фигуристами, которые потенциально могут вмешаться в борьбу за пьедестал Милана.
На таком фоне в распределении мест после короткой программы особенно важную роль сыграла не репутация, а «чистота льда». Ошибки или, наоборот, идеальные прокаты моментально сказывались на таблице — даже спортсменам без громких титулов удавалось вклиниться в верхушку, если им удавался идеальный набор прыжков и четкая работа по базовой технике.
Одним из главных героев дня стал хозяин катка Боян Цзинь. Когда‑то он приводил китайскую сборную к вершине и уже выигрывал этот турнир, но пик его технической мощи остался в прошлом олимпийском цикле. Тем не менее, Боян остается фигуристом, который способен в удачный день выдать прокат почти старого уровня. В Пекине он собрался и выкатил, по сути, максимум: безошибочные прыжки, включая четверной тулуп, плюс все вращения и дорожка шагов на четвертый уровень. Судьи оценили такую собранность в 89,46 балла — этого хватило, чтобы закрепиться в сильнейшей разминке и остаться на расстоянии пары баллов от призовой тройки.
Резче всего контраст ощущался на фоне ожиданий от корейца Чжун Хван Чха. Он никогда не был образцом железобетонной стабильности, но всегда умел брать зрителя масштабным, эмоциональным катанием. За счет харизмы и мощной отдачи ему уже удавалось подниматься на подиумы крупных стартов этого цикла — казалось, даже с огрехами он способен снова оказаться в медальной зоне.
На пекинском льду, однако, программа сложилась неровно. Начало выглядело внушительно: роскошный четверной сальхов, мощный заход, хорошая высота. Но падение с каскада лутц–риттбергер обрушило впечатление. Тройной аксель Чха прыгнул слишком осторожно, потерял амплитуду, а техническая бригада к тому же зафиксировала недокрут. Тем не менее, кореец сумел буквально «вытащить» прокат за счет подачи: под драматичную Rain in your black eyes он отработал дорожки и хореографические элементы с напором и артистизмом. Лучшие компоненты дня не позволили ему провалиться — 88,89 балла и шестое место оставляют шансы побороться за подъем в таблице в произвольной.
Действующий чемпион четырех континентов Михаил Шайдоров завершил короткую программу в шаге от пьедестала — 90,55 балла и четвертая позиция. Начало проката выглядело почти идеальным: каскад четверной лутц — тройной тулуп он сделал мощно, с хорошим выездом, без видимых помарок. В этот момент казалось, что проблемы первой части сезона остались позади и ученик Алексея Урманова, первого олимпийского чемпиона независимой России в мужском одиночном катании, наконец-то входит в форму.
Но сохранить идеальную линию Михаил не сумел. На тройном акселе он заметно завалился корпусом вперед, «клюнул» носком конька лед — такой выезд судьи не могли оценивать как плюсовой. Четверной тулуп тоже не выглядел максимумом его возможностей: элемент оказался под вопросом по амплитуде и качеству выезда, хотя в протоколе он все же получил вполне приличные баллы.
Кроме того, в прокате чувствовалась эмоциональная дистанция. Возвращение прошлогодней «Дюны» — рациональный шаг в олимпийский сезон: программа уже обкатана, понятны все расстановки акцентов. Однако огня в интерпретации и глубины образа пока не хватает. В условиях, когда стабильность прыжков немного пошатнулась, а по второй оценке Михаил не может уверенно давить на соперников, удержаться в абсолютном топе становится особенно трудно. При этом еще по ходу сезона больше всего вопросов вызывала именно произвольная, а не короткая программа — так что главная проверка готовности для Шайдорова впереди.
Верхнюю тройку после первого дня полностью оккупировали японские одиночники — ситуация, очень похожая на женский турнир. Теоретически Япония может повторить триумф и забрать еще один полностью «свой» подиум. Но в мужских соревнованиях такой сценарий выглядит менее гарантированным: выбранные на этот турнир фигуристы часто грешат нестабильностью, а в произвольной с обилием четверных ошибок прощается гораздо меньше, чем в короткой.
Предварительный бронзовый плацдарм занял Сота Ямамото. Пару лет назад у него уже был шанс показать себя на аналогичном турнире — тогда он стал четвертым, немного не дотянув до медали. С тех пор Сота не сделал рывка, сравнимого с прорывом в топ‑3 мира, но и не сдавал позиций: он стабильно катается на уровне, который при удачном стечении обстоятельств способен привести на пьедестал. В Пекине японец сделал весомую заявку: два четверных прыжка в короткой, уверенная подача, без грубых ошибок. Результат — лучший балл в сезоне, 94,68, и реальный шанс наконец-то перевести статус «почти призер» в «настоящий медалист».
Все японские фигуристы, вышедшие на лед, обновили сезонные рекорды в короткой программе. Кадзуки Томоно завершил день в полутора баллах от первой строки протокола. Его программа в этом сезоне — одна из самых ярких и узнаваемых: с четко выстроенной драматургией, акцентированной работой корпусом и необычной для мужского катания музыкальной нарезкой. Томоно не просто прыгает — он «рассказывает историю» от первого до последнего такта, и именно это позволяет ему добираться до высоких компонентов, даже если техника сбо́ит.
Лидером же после короткой программы стал еще один представитель Японии — Киа Миура. В этом сезоне он постепенно превращается из перспективного юниора прошлых лет во взрослого лидера сборной, способного тащить на себе сложные старты. В Пекине Миура собрал полнейший набор: чистый четверной сальхов, безупречный каскад, уверенный тройной аксель, плюс аккуратно сделанные вращения и шаги на максимальных уровнях. Судьи оценили такую собранность и зрелость катания: его балл стал ориентиром для всех остальных, а соперникам в произвольной придется рисковать, чтобы его догнать.
На фоне японского доминирования особенно интересно положение Шайдорова. С одной стороны, он пока уступает по стабильности передних линий японцев и не добирает по второй оценке. С другой — его нынешний отрыв от подиума не критичен: при чистой произвольной и ошибках кого‑то из лидеров Михаил вполне может ворваться в тройку. У него конкурентный технический контент, и, в отличие от некоторых соперников, он реально умеет «дотягивать» сложные прыжки в условиях давления.
Дополнительный фактор — тренерский штаб. Алексей Урманов, под руководством которого работает Шайдоров, прекрасно знает, как подводить спортсмена к главным стартам четырехлетия. Опыт олимпийского чемпиона и многолетняя практика в роли наставника помогают грамотно расставлять акценты: где рискнуть, а где, наоборот, сыграть более консервативно, но надежно. Если Михаил сумеет психологически перезагрузиться после неровной короткой и включиться в борьбу с первых секунд произвольной, его шансы резко возрастут.
Еще одна важная интрига — физическая готовность фигуристов к длинной программе. На короткую многие выходят в пике, собираясь буквально «на раз», а вот произвольная обнажает все слабые места: выносливость, нервозность, не до конца автоматизированные прыжки. Японцы, даже при своем нынешнем доминировании, далеко не всегда выдерживают напряжение до последней минуты. Срывы четверных во второй половине, выпадения из хореографии, усталость на вращениях — все это способно перевернуть таблицу.
На стороне Шайдорова — еще и тот факт, что его произвольная, при всех вопросах по сезону, изначально рассчитана на высокий базовый уровень. Если ему удастся провести чистую или хотя бы почти чистую версию программы, он будет обгонять многих соперников даже с их чистыми, но менее насыщенными по сложности прокатами. Особенно это касается тех, кто не рискует двумя и более четверными или предпочитает упростить каскады ради надежности.
Психологически Михаилу тоже есть за что цепляться. Статус действующего чемпиона четырех континентов, пусть и не гарантирует ничего заранее, но придает уверенность. Он уже однажды прошел путь до золота этого турнира и понимает, как выдерживать давление, когда все решается в один день. Для молодых японцев, которые только входят в роль фаворитов, подобный груз ожиданий — испытание, через которое еще предстоит пройти.
Наконец, нельзя забывать и о факторе «олимпийского сезона». Для многих фигуристов Чемпионат четырех континентов — не просто турнир ради медали, а генеральная репетиция перед Играми. Здесь проверяют не только контент, но и внутреннюю готовность: выдерживает ли психика, можно ли катать с максимальным риском, не разваливается ли программа при первом же сбое. И здесь у Шайдорова есть шанс напомнить о себе не только судейской бригаде, но и соперникам: показать, что списывать его из круга претендентов на олимпийский подиум рано.
Произвольная программа в Пекине станет экзаменом буквально для всех: для Миуры — на способность довести до конца роль лидера, для Томоно и Ямамото — на умение превратить статус «прогрессирующих» в «побеждающих», для Чха — на возвращение в число медалистов, а для Шайдорова — на право оставаться в пуле реальных претендентов на медали на стартах самого высокого уровня.
Сейчас таблица выглядит так, будто японцы готовы устроить маленький триумф уже на предолимпийском этапе. Но в мужском одиночном фигурном катании одно неудачное приземление или сорванный аксель нередко стирает 5–7 баллов разницы. При таком раскладе фигурист с сильным контентом, даже идущий четвертым, вполне способен совершить рывок. Именно в такой позиции и находится Михаил Шайдоров: у него непростой, но абсолютно реальный путь к пьедесталу.
Если ученику первого олимпийского чемпиона России в мужском одиночном удастся собрать произвольную без серьезных ошибок и добавить эмоций в прокат, он может не просто «побороться с японцами», а по‑настоящему вмешаться в их внутренний разбор медалей. Медаль для него в Пекине — не мечта и не сенсация, а вполне достижимая цель.