В Дубае в конце года устроили громкое теннисное шоу под названием «Битва полов», которое задумывалось как яркое развлечение, а превратилось в один из самых обсуждаемых и противоречивых выставочных матчей последних лет. Первая ракетка мира Арина Соболенко вышла против финалиста Уимблдона и одного из самых эпатажных игроков тура Ника Кирьоса — и проиграла со счетом 3:6, 3:6, практически не имея шансов на победу.
Тем, кто ждал современной версии легендарного поединка Билли Джин Кинг против Бобби Риггса образца 1973 года, пришлось разочароваться. Вместо идеологической дуэли за равноправие получился легкий теннисный спектакль с элементами шоу, нестандартными правилами и большим количеством вопросов после финального мяча.
Соболенко превратила выход на корт в мини-представление: появилась в блестящем плаще под культовую композицию Eye of the Tiger и в паузах между розыгрышами танцевала, подогревая внимание публики. Кирьос, известный любовью к шоу и провокациям, тоже не скрывал, что перед ним не цель любой ценой победить, а развлекать зрителей. Он неторопливо перемещался по корту, часто играл аккуратные, удобные для соперницы мячи, использовал трюковые удары и подачу «на ладошке».
Однако даже в режиме «полушутки» австралиец без особого напряга оформил две партии 6:3, 6:3. Напряженной борьбы не получилось ни по уровню интриги, ни по ощущениям: разница в физических возможностях и силе удара между теннисистом топ-уровня и даже первой ракеткой мира среди женщин была заметна невооруженным глазом.
Ситуацию усугубили специфические правила «Битвы полов». Организаторы решили изменить классический формат: половина корта, на которой играла Соболенко, была уменьшена примерно на 9%, у обоих игроков не было права на вторую подачу, матч ограничили двумя сетами, а при необходимости должен был проводиться тай-брейк до 10 очков. Формально это должно было уравнять шансы, но на практике сделало поединок больше экспериментом, чем реальным спортивным состязанием.
Акцент на шоу и модифицированные правила вызвали шквал критики еще до начала встречи, а после ее завершения негативная реакция лишь усилилась. Многие в теннисном мире посчитали, что подобный формат не только не помогает, но и вредит женскому теннису, ставя его в заведомо уязвимое положение.
12-я ракетка мира Каспер Рууд высказался крайне жестко. По его мнению, если заявляется «Битва полов», но стороны не играют на одинаковых условиях, речь уже не идет о настоящем соревновании:
«Если вы действительно хотите провести подобный матч, условия должны быть равными. Когда меняется размер корта, когда нет второй подачи, это уже не реальный теннис. Такой матч нельзя воспринимать всерьез», — считает норвежец.
Бывший четвертый номер рейтинга АТР Грег Руседски тоже признался, что испытал разочарование:
«Идея изначально звучала интригующе, но по факту это оказался всего лишь выставочный поединок, да еще и довольно пустой по смыслу. Я сомневаюсь, что такие мероприятия идут на пользу теннису. Когда Кирьос подает снизу, делает сплошные трюки, дроп-шоты, это смотрится скорее как цирковое представление, а не серьезный спорт. Впечатление, честно говоря, остается неприятное».
Не менее резко высказался бывший тренер Григора Димитрова Роджер Рашид. Он провел параллели с матчем Билли Джин Кинг и Риггса и подчеркнул, что сегодняшний формат, по его мнению, лишен серьезной идеи:
«Тот исторический матч имел четкую цель — борьба за равноправие и уважение к женскому теннису. Сейчас же мы видим коммерческий продукт, который, как мне кажется, был создан в интересах менеджмента Ника. Я не считаю, что для женского тура это выигрыш. Напротив, подобный формат можно назвать оскорбительным. Не вижу никакой реальной выгоды для первой ракетки мира. Если вы действительно думаете о карьере и имидже Арины, стоит ли ей участвовать в таком шоу?»
Более мягкую, но все же осторожную позицию заняла 40-я ракетка мира Ева Лис. Она призналась, что у нее «смешанные чувства», но подчеркнула, что личность Соболенко важна для популяризации женского тенниса:
«Для нашего вида спорта здорово, что есть такая фигура, как Арина. Она расширяет границы, пробует необычные для тенниса форматы, не боится рисковать. Очевидно, что это огромный пиар-ход, призванный привлечь внимание к теннису в целом. С кем еще можно провернуть подобный замысел? Конечно, с Ником Кирьосом. Они действительно идеально подходят друг другу для такого шоу. Но, на мой взгляд, к этому надо относиться с долей скепсиса. В теннисе по-прежнему доминирует очень серьезное отношение к игре, тогда как в других видах спорта подобные матчи проводят давно и воспринимают легче».
На критику со всех сторон участники матча отреагировали довольно эмоционально. Арина Соболенко откровенно удивилась тому, сколько негатива вызвало событие, которое она сама воспринимает исключительно как яркое шоу и способ привлечь внимание к теннису:
«Я не понимаю, как в этом можно увидеть что-то плохое. Считаю, что показала хороший теннис, матч смотрели с интересом. Да, Ник выиграл, но это же не было 6:0, 6:0. Борьба была, разыгрывались красивые мячи. Благодаря «Битве полов» к нашему виду спорта обратилось огромное внимание: легендарные игроки следили за матчем, мне писали известные люди из самых разных сфер, желали удачи, говорили, что будут смотреть.
Мы сделали теннис заметнее. Разве это можно считать минусом? Изначальная идея заключалась в том, чтобы показать, что теннисные мероприятия могут быть веселыми, яркими, более ориентированными на зрителя. Организация была почти на уровне турниров «Большого шлема», а интерес к событию, по ощущениям, сравним с вниманием к финалу мэйджора», — подчеркнула Арина.
Ник Кирьос, в своем стиле, ответил критикам еще жестче, призвав не драматизировать ситуацию:
«Арина войдет в историю как одна из величайших теннисисток всех времен. Я же останусь тем парнем, который развлекал публику по всему миру. Мы друзья, и нам хотелось сделать настоящее шоу, чтобы привлечь к теннису еще больше внимания.
Людям стоит просто расслабиться и получать удовольствие. Мы оба любим вызовы, а у нас практически не было опыта в таком формате. Мы решили рискнуть, попробовать. Кому какое дело до чужих замечаний?»
На фоне этого спора всплывает более широкий вопрос: нужны ли вообще теннису подобные «битвы полов» и в каком виде они могут быть полезны? С одной стороны, женский тур часто сталкивается с проблемой недостаточного внимания и меньших доходов по сравнению с мужским. Яркие выставочные матчи с участием звезд — очевидный способ расширить аудиторию, выйти за рамки традиционной турнирной сетки и привлечь тех, кто обычно не следит за теннисом.
С другой стороны, формат «мужчина против женщины» в профессиональном теннисе почти всегда заранее обречен на перекос в пользу мужчины при равном уровне статуса. Физическая подготовка, скорость, мощность удара — все это объективно формирует преимущество. В результате каждый такой матч легко превращается в зрелище, где болельщики не обсуждают разницу в физиологии, а делают выводы в стиле «мужчины сильнее, значит женский теннис хуже». Для имиджа WTA это риск, с которым организаторы, похоже, не до конца считались.
Сравнение с легендарным матчем Кинг – Риггс здесь показательно. Тогда женский теннис боролся за право на равные призовые и элементарное уважение. Сейчас ситуация иная: женщины выступают на крупнейших аренах мира, зарабатывают огромные призовые, их матчи собирают миллионы зрителей. Поэтому попытка «переиграть историю» в формате легкого шоу выглядит скорее коммерческим экспериментом, чем шагом в сторону равноправия. Отсюда и ощущение искусственности, которое заметили многие эксперты.
Отдельная тема — спорные правила. Уменьшенный корт для Соболенко, отсутствие второй подачи, ограничение по сетам — вроде бы призванные сгладить разрыв, эти нововведения лишь подчеркнули, что женщины и мужчины «как будто играют в разные игры». Такие «искусственные» условия только подливают масла в огонь дискуссий о том, что женский теннис менее зрелищен или требует поблажек, хотя реальная туровая практика этому противоречит: женские финалы на крупнейших турнирах регулярно выдают не менее драматичные спектакли, чем мужские.
В контексте маркетинга к Арине у многих претензий меньше всего. Она давно позиционируется как одна из главных звёзд тура: яркий стиль игры, харизма, эмоции на корте, готовность выходить за рамки привычного. Для такого игрока участие в формате шоу-матча выглядит логичным шагом. По сути, Соболенко взяла на себя роль «лидера мнений» в женском туре, показав, что топ-теннисистка может выходить не только на строгие турнирные корты, но и на площадки, где спорт тесно переплетен с развлечением.
Для Кирьоса подобные мероприятия и вовсе родная среда. Он всегда балансировал между статусом теннисного гения и шоумена, которого ради зрелищности готовы приглашать на любые выставочные и командные турниры. В этом союзе ролей все распределено предельно ясно: он — главный провокатор и развлекатель, она — символ нынешнего женского тенниса, который не боится быть громким и смелым.
Критика «Битвы полов» демонстрирует и еще одну проблему: теннис по-прежнему относится к себе слишком серьезно. Любой шаг в сторону шоу моментально вызывает разговоры о «падении уровня», «оскорблении традиций» и «вреде для спорта». Но реальность такова, что без экспериментов и новых форматов удержать внимание широкой аудитории все сложнее. Футбол, баскетбол, единоборства давно осваивают гибридные форматы, легендарные матчи, благотворительные поединки, звездные шоу – и это не разрушает их статус, а, наоборот, добавляет глубины и разнообразия.
Вопрос, который сегодня стоит перед теннисом, — как найти баланс: сохранить уважение к соревновательной сути вида спорта и при этом не бояться мероприятий, где на первом месте зрелищность, а не табло. Матч Соболенко – Кирьос показал, насколько остро реагирует профессиональное сообщество на любые попытки сдвинуть границы. И именно поэтому вокруг него разгорелась такая ожесточенная дискуссия, хотя формально речь идет всего лишь о выставочном шоу под конец сезона.
В будущем подобные проекты, вероятно, будут продолжаться, но уроки из дубайской «Битвы полов» уже очевидны. Если идею «мужчины против женщины» хотят превратить в устойчивый формат, организаторам придется куда более тщательно подходить к настройке правил, позиционированию и объяснению целей. Иначе каждый следующий матч будет восприниматься не как праздник тенниса, а как очередной повод для бесконечного спора о том, кто сильнее — мужчины или женщины, и стоит ли вообще измерять теннис в таких категориях.
Арина Соболенко, судя по ее реакции, готова и дальше идти на риск ради развития спорта и расширения аудитории. Ник Кирьос вряд ли откажется от нового шоу, если его пригласят. Остальному теннисному миру теперь предстоит решить, как оценивать подобные эксперименты: как вредное отклонение от «чистого спорта» или как неизбежный шаг в эпоху, когда внимание зрителя — самый ценный ресурс, а границы между спортом и развлечением становятся все более размытыми.